Как появилась современная форма знака — и письмо стало искусством

Самый ранний дошедший до нас текст о китайском письме как об искусстве — это жалоба. В конце II века Чжао И написал сочинение «Против скорописи»: его современники стирали кисти, ходили с чёрными от туши губами и зубами и забывали есть и спать. Стиль, которым они были одержимы, — не тот аккуратный, которым сегодня пишет учащийся, а самый быстрый и самый нечитаемый.

Утверждения без пометки опираются на источники, они перечислены в конце главы. Там, где наука не уверена или где ходит красивая, но неверная версия, стоит пометка.

Форма знака, которой пишут сегодня, называется уставным письмом — 楷書 kǎishū, буквально «образцовое письмо». У неё нет ни года рождения, ни изобретателя: она складывалась несколько столетий. Мы держимся версии о двух предках; выводят устав и прямо из делового письма, и из полуустава.

На чём и чем писали

Писали кистью и тушью по бумаге. К этому времени бумага уже вытеснила бамбуковые и деревянные планки: к IV веку бамбук как письменный материал в основном оставлен, а в 404 году указ Хуань Сюаня предписывает вместо планок использовать жёлтую бумагу.

Это первая эпоха нашей летописи, где носитель не мешает письму. На кости резец диктовал угол, на бамбуке диктовало волокно. Бумага не диктует ничего — и как только материал перестал сопротивляться, письмо занялось собой.

Второй носитель эпохи — камень. Текст сначала писали кистью, потом резчик шёл по написанному, а с готовой стелы снимали оттиски на бумагу. Оттиск и стал способом размножать чужой почерк: до появления новых технологий каллиграфию учили именно по оттискам с камня.

Порядок стилей обратен привычному

Про пять китайских стилей письма обычно думают как про шкалу скорости: устав — медленно и аккуратно, полуустав — быстрее, скоропись — совсем быстро. По внешнему виду так и есть. По истории всё наоборот.

Скоропись и полуустав сложились ещё при Хань, прямо из делового письма предыдущей эпохи. Устав появляется позже них и наследует сразу двум линиям: раннему полууставу и позднему деловому письму. То есть самый аккуратный из стилей — самый молодой.

Отсюда следует неочевидное: скоропись — не устав, написанный быстро. Это отдельная система сокращений, сложившаяся раньше устава. Поэтому её и не читают с листа те, кто знает только печатные и уставные формы.

Что происходило со знаками

Традиция называет первым мастером устава Чжун Яо (около 151–230), сановника царства Вэй, и зовёт его отцом уставного письма. Что известно твёрдо: он работал с деловым и уставным письмом, а имя его закрепилось за стилем.

При этом писали так очень немногие. Большинство продолжало пользоваться поздним деловым письмом или смесью его с полууставом. Господствующим устав становится только в V веке.

Отдельная ветвь этого времени — письмо северных стел, 魏碑 wèibēi. Она выросла из позднего делового письма и раннего устава, и её образцы дошли до нас на камне, а не в копиях: стела Чжан Мэнлуна вырезана в 522 году и стоит в храме Конфуция в Цюйфу.

Зрелым устав считается в танское время. Ранних танских мастеров традиция сводит в четвёрку: Оуян Сюнь, Юй Шинань, Чу Суйлян и Сюэ Цзи. Рядом с ними ставят Янь Чжэньцина и Лю Гунцюаня.

Здесь стоит оговориться: «четвёрок» в китайской традиции две, и они не совпадают. Кроме ранней танской есть более поздний счёт мастеров устава, где вместо Юй Шинаня и Сюэ Цзи стоят Янь Чжэньцин, Лю Гунцюань и юаньский Чжао Мэнфу. Это разные списки разного времени, и путать их не стоит.

В уставе окончательно оформилось то, что учащийся сегодня заучивает как черты. Восемь основных черт устава традиция собрала в одном знаке — 永 yǒng, «вечность»: приём известен как «восемь законов знака „вечность“» и разбирался уже в танских сочинениях.

Дальше устав только описывали всё подробнее. При Цин строение уставного знака свели в 92 правила, на каждое по четыре знака-примера; составил свод Шао Ин, а известен он по имени каллиграфа Хуан Цзыюаня, который его переписал и разошёлся тиражами.

Что сохранилось, а что известно только по копиям

Это главный раздел главы, и он неприятный. Почти всё, что называют вершинами китайской каллиграфии, до нас не дошло.

От Ван Сичжи (традиционные даты 303–361) не сохранилось ни одной подлинной работы. Всё, что от него есть, — это оттиски и небольшое число прорисовок танского времени.

От Чжун Яо тоже не сохранилось ни одной подлинной работы: его вещи известны как копии в собраниях образцов письма. От Чжан Чжи, которого зовут «мудрецом скорописи», подлинников не осталось вовсе.

Даже даты Ван Сичжи не установлены. Кроме привычных 303–361 предлагались 321–379, 305–363 и 307–365.

Как именно копировали, известно, и это отдельный сюжет.

«Предисловие к стихам, сочинённым в Павильоне орхидей» написано в 353 году, в девятый год правления под девизом Юнхэ, во время очистительного обряда на берегу ручья. Оригинал утрачен. Все известные версии — позднейшие копии на бумаге и оттиски с камня.

Лучшей копией считают версию Фэн Чэнсу (617–672), которую называют «шэньлунской». Она хранится в Музее Гугун в Пекине. Отдельно ходит «динъуский камень» — гравировка, которую связывают с Оуян Сюнем; её тоже считают близкой к оригиналу.

Дальше начинается то, ради чего эту главу стоило писать: сохранившееся всё-таки есть, просто оно не там, где его ищут.

«Черновик поминального слова племяннику» Янь Чжэньцина написан в 758 году и сохранился как подлинник. Его называют лучшим полууставом из дошедших до нас — и называют именно так потому, что оригинал «Предисловия» утрачен.

И есть третий пласт, самый большой. В библиотечной пещере Дуньхуана нашли тысячи рукописей, написанных обычным уставом — по большей части писцами и монахами, но безо всякого расчёта на потомков. Это подлинные средневековые свитки, а не позднейшие копии с копий.

Среди дуньхуанских рукописей есть и ученические: списки «Тысячесловия» и упражнения в письме по нему. Из них видно, что не позднее VII века «Тысячесловие» уже широко использовали как пропись.

Сколько там этих списков, источники называют по-разному: англоязычный справочник говорит о трёх десятках, китайские изложения — о сотнях. Разница, похоже, в том, что считать отдельным списком, а что обрывком упражнения.

Спор о «Предисловии»

Раз оригинала нет, вопрос «а был ли он таким» рано или поздно должен был прозвучать. Он прозвучал.

В январе 1965 года под Нанкином раскопали погребение восточноцзиньского времени. Эпитафии оттуда написаны так непохоже на «Предисловие», что это запустило открытый спор о подлинности памятника. В нём участвовали Го Можо, Гао Эрши и Шан Чэнцзо.

Го Можо доказывал, что полуустав такого вида сложился позже, чем жил Ван Сичжи, и приписывал «Предисловие» его потомку. Гао Эрши и другие возражали, опираясь на письменные свидетельства и на оттиски.

Что бы ни решили про авторство текста, на материальную сторону это не влияет: ни одного предмета, написанного рукой Ван Сичжи, спор не добавляет.

Письмо становится искусством

Отношение к письму как к искусству старше устава. Ещё в первой половине II века Цуй Юань (78–143) написал восторженное сочинение о скорописи, а в конце того же века Чжао И ответил ему сочинением «Против скорописи».

Они не едят и не спят, губы и зубы у них постоянно чёрные.

Так Чжао И описывает современников, помешанных на письме. Он ругается — а мы читаем это как первое свидетельство того, что мода уже существовала.

Решающий шаг сделал танский Тайцзун. Он собрал больше двух тысяч вещей Ван Сичжи, велел придворным учёным изучать его манеру, посадил копиистов делать прорисовки и оттиски и завёл при дворе учреждение, где каллиграфии учили. После этого манера Ван Сичжи стала образцом для всей традиции, а сам он получил прозвание «мудрец каллиграфии».

У этого была и совершенно прозаическая сторона. При Тан прошедшего экзамен ещё оценивали отдельно, прежде чем дать должность, и оценивали по четырём вещам: внешность, речь, почерк и рассудительность. Почерк был одним из четырёх условий получения места.

Одновременно письмо ушло и в противоположную сторону. В танское время Чжан Сюй и Хуайсу довели скоропись до «безумной», где разборчивость уже не цель. Жили они в разных поколениях, а в пару «неистовый Чжан и пьяный Су» их свела позднейшая традиция.

Две ветви разошлись окончательно. Одна отвечает за то, чтобы тебя поняли. Другая — за то, чтобы на тебя посмотрели.

Устав становится нормой

Государству нужна была не красота, а единообразие. При Тан появляется «Книга знаков для ищущих жалованья» Янь Юаньсуня (умер в 714) — первый дошедший до нас справочник правильных написаний, целиком составленный уставом, без опоры на печатное письмо.

Устроен он так: каждый знак разнесён по трём разрядам — «правильный», «общеупотребительный» и «простонародный», и указано, где какой разряд уместен. Простонародный годится для писем, черновиков и рецептов, общеупотребительный — для докладов и заметок, а на экзамене и в надписи на камне допускается только правильный.

Три сорта одного знака, расписанные по случаям употребления, — это уже не каллиграфия, а орфография. Устав из манеры письма превратился в норму.

Итог этой линии стоит в Сиане. В 833–837 годах на камне вырезали двенадцать конфуцианских книг: 114 стел, больше 650 тысяч знаков, двусторонняя резьба. Это самый ранний целиком уцелевший каменный свод классики, и вырезан он уставом. Последним он не был: своды на камне резали и при Сун, и при Цин.

Как это выглядело

Сводя увиденное вместе: у эпохи три разных лица, и все три дожили до нас разными путями.

• Камень. Северные стелы и танские своды классики стоят там, где их поставили. Это единственный пласт, где мы смотрим на саму работу резчика, а не на её пересказ.
• Бумага знаменитая. Шедевры дошли прорисовками и оттисками, и разница между копией и оригиналом здесь не придирка: копия делалась вручную и накапливала расхождения.
• Бумага безымянная. Дуньхуанские рукописи — подлинники без единого громкого имени, и именно по ним видно, как эпоха писала на самом деле, а не как она хотела бы выглядеть.

Что от этой эпохи осталось в современном письме

Осталась сама форма знака. Устав — самый распространённый стиль современного текста, и в традиционном написании он третий по частоте в книгоиздании после двух печатных гарнитур.

И печатные гарнитуры отсюда же, только родство у них не такое, как принято пересказывать. Минская выросла прямо из устава ещё в XVI веке. Фансун появился много позже, уже в 1910-е, как подражание сунским ксилографам. А рубленая пришла со стороны — от западных гротесков и японского госикку.

Осталось деление, которым до сих пор живёт рука. Норма, беглая норма и скоропись — три разные вещи, а не три скорости одной. Это разделение оформилось здесь и не менялось.

Осталась и черта как единица. Понятие черты пришло из предыдущей эпохи, а вот набор черт, который учат сегодня, описан для устава.

Народная версия

Про эту эпоху ходят четыре расхожие версии. Разбираем по очереди.

Уставное письмо изобрёл Чжун Яо. Полуустав изобрёл Лю Дэшэн. А до них устав придумал Ван Цычжун.

Разбор здесь общий и простой. Приписывание стиля одному человеку — это форма рассказа, а не наблюдение. Сводки прямо говорят, что устав вырос сразу из двух предшествующих стилей, что при Чжун Яо так писали единицы и что господствующим стиль стал через двести с лишним лет после его смерти. Приписывание же Ван Цычжуну записано почти через тысячу лет после событий.

Оригинал «Предисловия» лежит в гробнице императора Тайцзуна.

Твёрдо здесь только одно: оригинал утрачен и его местонахождение неизвестно. Куда он делся, источники рассказывают, а не документируют.

Скоропись — это устав, написанный быстро.

На деле скоропись старше устава: она сложилась при Хань из делового письма. Позднейшая её форма испытала влияние устава, но возникла не из него.

Раз это копия, значит, мы всё равно видим Ван Сичжи.

Копии делались вручную и различаются между собой; лучшей называют одну из нескольких, а не все. Оттиски же со временем становились всё менее точными: новые камни резали по старым оттискам, и погрешности накапливались. Мы видим не Ван Сичжи, а лучшее из того, что от него осталось, — и это не одно и то же.